Краеведение  >>  История  >>  Рыжков Н.О. Географический очерк Сызранского уезда

НАСЕЛЕНИЕ

Нет пока данных, которые позволяли бы точно сказать, какой народ впервые занял наш край. Но потому, что в нескольких местах нашего уезда были найдены различные остатки орудий каменного века, можно с уверенностью сказать, что еще в очень раннее время здесь поселился человек. - В VII в. до начала нашей эры в среднем Поволжье обитали финские племена; можно думать, что некоторые из них занимали и наш край.
Нижнее Поволжье долгое время служило торной дорогой, по которой проходили через несколько веков один за другим из далеких азиатских степей в Европу дикие кочевые народы. Между прочим, в IV веке после начала нашей эры по ней прошли огромные толпы диких кочевников - гуннов. Уничтожая, побеждая все на своем пути, вбирая в себя попадавшиеся им по пути племена и народы, они захватили и наше Поволжье. В V веке царство гуннов распалось; отдельные части составлявших его племен образовали на левом берегу Средней Волги сильное и культурное 'царство болгар' с столицей 'Великие Болгары' близ устья Камы. Против них, на правом берегу оказалось царство Мордвы, простиравшееся до наших мест. В VII  в. в Нижнем Поволжье мы  находим уже царство хозар. Где лежала граница между мордвой и хозарами - трудно сказать. Но где-то здесь близ наших мест, и, быть может, даже р. Сызран отделила их друг от друга.
И мордовское, и болгарское, и хозарское царство были уничтожены в XIII в. татарами, хлынувшими из азиатских степей и образовавшими Золотую Орду в низовьях Волги. Болгары были рассеяны, и потомки их стали называться чувашами. В XVI в. под ударами Москвы пали последние оплоты татарского царства. Татары были разбиты в открытом бою. Пала Казань, Астрахань. Но огромные пространства приволжских гор и степей Москве нужно было еще закрепить за собой. Обитавшие в них татары, нагайцы и пр., разбитые, побежденные, формально подчинились, но еще долго не хотели отказаться от воли степной, от обладанья привольными берегами, где они ловили рыбу, пасли скот, вели торговлю. Русские войска не могли сразу занять все побережье. И татары, крымцы, ногайцы продолжали свободно кочевать по вольным берегам великой реки, не признавали воли русских купцов и чиновников и частенько нападали на них. Тогда Московское правительство решило заняться постепенным заселением покоренных земель. Первое русское поселение в пределах нашего уезда было Усолье. Оно было основано еще в половине XVI в. выходцами с р. Камы, привлеченными сюда удобствами рыбной ловли, соляными источниками и вообще природными богатствами. В 1614 г . по приказу Михаила Федоровича сюда был направлен из Казани стрелецкий голова Пальчиков, которому велено было поставить на устье р. Усы острог и оттуда 'Волгою вниз до Самары и Усою вверх посылать людей на легких стругах по часту' и наблюдать, чтобы не появились там ногаи и воровские казаки. Тогда-же другому стрелецкому голове Соковнину поручено было ехать 'до переволоки, где переволочиться с Волги на Усу реку и, рассмотря крепкого места, поставить острожек и в острожке укрепиться, и, укрепясь, стоять с великим бережением, чтобы воровские люди безвестно откуды не пришли и дурна какого не учинили, да и рыбных ловцов оберегать, чтобы их воровские люди не погромили'. Эти острожки выполняли свои обязанности для тогдашнего времени удачно, и под их защитой население здесь крепло и увеличивалось. Еще раньше в тех-же целях борьбы с кочевниками в 1586 г . была построена Самара, в 1590 г . Саратов и т.д. Но этого было мало. Правительство начало строить целые укрепленные линии - сначала Симбирскую и Карсунскую черту, а затем несколько позднее - Сызранскую черту, тянувшуюся от Усолья через Печерск, Сызрань и Канадей до Суры. Вместе с тем началась раздача земель в поместья и вотчину дворянам и боярам. Последние переселяли сюда на новые неистощенные земли целыми селами и деревнями крепостных из своих имений других губерний. Одновременно и, пожалуй, еще раньше сюда нахлынула масса 'вольного' народа, разных беглых людей, которые бежали сюда от притеснений полиции, помещиков, от податей и налогов. Весь этот 'сброд да наволоки', как они себя называли, являлся наиболее смелым, свободолюбивым и предприимчивым элементом тогдашней Руси. Среди широкого раздолья своеобразно дикой и богатой природы они превратились в отважное, смышленое и полное жизни население, которое не сразу принималось за оседлую жизнь и правильную эксплоатацию природных богатств, а бросилось вначале на всякого рода хищничество. Здесь вдали от крепостного ярма, от присмотра властей им была 'вольная воля'. Их излюбленным местом долгое время была Самарская Лука с Жигулевскими горами. Здесь удобно было строить себе гнезда, при случае укрыться в лесах и пещерах среди горных утесов и буераков. В союзе с кочевниками голытьба нападала на суда и купеческие караваны, иногда организовывала целые отряды, вооруженные отобранными у судов пушками, ружьями и т.п.
После проведения укрепленных линий вереницами потянулись сюда служилые люди, выпрашивали у правительства десятки тясяч десятин земли вместе с сидевшим на них народом. Занимались не только 'дикие, порозжие земли', но и земли, занятые бывшими беглецами, успевшими здесь завести оседлую жизнь, и земли, занятые издавна чувашами и татарами. Слабые экономически и разрозненные политически приволжские племена не в силах были противостоять новым пришельцам. Они или подчинялись и надевали на себя ярмо или молчаливо отходили в леса, в глубь края, но сохраняли в себе готовность при удобном случае подняться на утеснителей. Сохранялись по наследству из рода в род и беспокойные элементы у оседланных потомков былой волжской вольницы. Отсюда понятно, почему здесь нашли благоприятную почву движения Разина, Пугачева. Они до сих пор оставили неизгладимый след в народе, хранящем память о своих атаманах и вождях, мечтавших о счастливой жизни и воодушевлявших на жестокую борьбу обещаниями земли, свободы и независимости. В 60-х г.г. потомки былой вольницы и былых хозяев этой земли вновь поднялись с попыткой найти настоящую волю. В 1905 г . опять: Но эти попытки кончились неудачей. И лишь 17 г . дал им те права, которые они когда то имели на свободных берегах матушки Волги.
Так складывался тот состав населения, который живет теперь в Сызранском уезде.
В пределах уезда числится теперь в круглых числах 351 тысяча жителей обоего пола; из них 167 тыс. мужчин и 184 тыс. женщин. На один квадратный километр приходится 38 чел.
Городское население составляло на 1/
I 25 г . - 45651 ч.(сверх 351 т.), или 12%.
Процентное распределение населения по возрастным группам таково:
                                                                                      город                       уезд

                                         до 8 лет::::::::18                             23
                                        с 8 л . до 11 л::::::11                              11
                                        с 12 л . до 17 л:::::..15                              16
                                        с 18 л . до 49 л:::::..41                              34
                                        свыше 49 лет::::: . 16                              16
Таким образом, в сельских местностях меньший процент населения доживает до зрелого возраста; часть умирает раньше обычного, часть же отливает на заработки и в город.
Дальше мы видим, что в деревне из 100 чел. лишь 34 трудоспособного возраста, иначе говоря, один с сошкой, а двое за ним с ложкой.
По национальному составу население уезда распределяется так: великоруссов - 85%, мордвы - 16500 ч., или 5%; чуваш - 8200 ч., или около 3%; татар - 9600 ч., или 3%; дальше идут украинцы - 5000 ч., белоруссы - 500 ч., латыши - 400 ч., эстонцы - 400 ч., немцы - 150 ч. и в незначительных количествах (менее 70 ч.) - поляки, евреи, литовцы, австрийцы и пр.
                                                            

ВЕЛИКОРУССЫ

Великоруссы начали заселять территорию уезда около 300 лет т.н. и уже более или менее равномерно распространились по всему уезду. В Казаковской и Канадейской волости они имеют исключительное преобладание, составляя 99% всего населения, но зато в Ст.-Рачейской процент их опускается до 68 и в Николаевской до 56. Великоруссы пришли сюда из разных губерний, пришли в разное время и здесь одни поселились около чуваш, другие около мордвы, третьи около татар и испытали от них различные влияния. Большое значение для многих имело широко распространенное в уезде старообрядчество. Не осталось, наконец, без влияния и то, что одни села находились под крепостной властью помещиков, другие - удела, третьи - монастырей и т.п. Разная форма власти - различный режим. Понятно поэтому, что великорусская часть населения нашего уезда не имеет еще одного цельного образа, типа. Оно пестрое и живет пестро. Внимательно всматриваясь в людей и жизнь различных сел и волостей, вы увидите разнообразие как в обычаях, так иногда и в особенностях одежды, постройки, физического склада лица, и в подсобных занятиях, и промыслах, и т.п.
За последние годы, впрочем, под влиянием новых идей и идущего нового быта, местные особенности значительно стираются. И даже одежда подверглась уже значительным изменениям: исчезли кокошники, кацавейки и душегрейки, вот вот исчезнут совершенно сарафаны, редко-редко уже где встретишь на стариках старинные войлачатые цилиндры и т.п. Однако, при всем разнообразии местных бытовых особенностей, можно подметить для большинства великоруссов уезда и кое какие общие черты. Так, напр., взаимоотношения членов семьи: мужчина - властный хозяин и работник в поле, на промыслах, жена - домашняя хозяйка, воспитательница детей и подсобная работница в поле. Положение женщины значительно улучшилось, но и теперь оно еще незавидно. Тяжелый труд, грубость и побои; при распространенном в народе пьянстве побои еще не редкость. Невежество, недостаток медицинской помощи, полупрезрительный взгляд на женщину обуславливает тяжелую женскую долю. За исключением больших сел, редко где встретишь крестьянскую бабу в сельсовете, на сходе.
У великоруссов сохранилось еще немало обрядов, обычаев и поверий от старых времен. Все важные моменты в жизни человека сопровождаются не только религиозными обрядами, но и особыми обычаями; рождение, крещение, свадьба, смерть - все полно обрядности. Лишь молодежь начинает заметно отставать от церкви и освобождаться от дедовских обычаев. В повседневной жизни - боязнь сглаза, заговоры, молитва. При стихийных бедствиях - пожары, голод, засуха - опахивание полей, беганье с иконой и т.п. Вместо месяцев и чисел - Николин, Михайлов, Варварин, Ильин день, от заговенья до розговенья, от Петровок до Покрова и т.п. Целый ряд примет, связанных с одной крестьянской думой - о земле. На крещенье день хлопьями - урожай, ясный день - недород; на благовещенье дождь - родится рожь и т.д. С Николина дня картофель сади, к Казанской сожни, со Спаса - сей, к Успенью - молоти и т.д. и т.д. Соединяя церковный календарь с хозяйственной практикой, народ очень подробно отмечает день за днем и имеет возможность разбираться при помощи его во всех хозяйственных явлениях.
В области творчества - любимыми рассказами и легендами и песнями являются сказанья и песни, связанные со Ст. Разиным и волжскими разбойниками. Не мало легенд, приуроченных к определенным местам ближайших окрестностей. За последние годы вместо старых русских песен широко распространяются частушки, чаще всего чисто местного творчества, бесконечно разнообразные по содержанию. Проникли уже даже в самую глушь рев. песни. Большим спросом пользуются в деревне и новые песни городской молодежи.
Старые посиделки в кельях местами сократились, местами принимают другой вид: вместо игр с парнями на них нередко встречается теперь чтение газет, книжек и т.п. Нередкость в деревне спектакли, клубы и нардома..
Замечательно тонкую характеристику великоруссам Поволжья дает проф. Золотарев (Поволжье. Л. 25 г .). Она целиком применима и к великорусской части населения нашего уезда:
'Приспособляясь к ежегодной смене холода и тепла, напряженного труда и вынужденного отдыха, активности и бездействия, великоруссы выработали в себе способность к непосильному труду и вместе с тем приобрели склонность к лени и неспособность к  длительной, планомерной, точной работе. Они сочетали необычайную стойкость, граничащую с необ'яснимым упорством, и наряду с этим бесхарактерность и безволие, позволяющие легко подчиняться различным влияниям. Способные погибать в борьбе за правильность текста церковных книг, как это было со старообрядцами, они иногда охотно и легко хватаются за любую новую мысль, не желая казаться отсталыми. Они могут проявлять то примеры редкого самопожертвования и исключительных подвигов, то самого низкого предательства. Наряду с правдивостью и простотой приобрели лукавство, увертливость и хитрость. Порывистые и невыдержанные в своих склонностях и образе жизни, они бывают способны переходить от строго поста к злоупотреблению пищей, от трезвости к безудержному пьянству, от разбоя к отшельническому аскетизму, предаваться то 'разгулу удалому', то 'сердечной тоске'. Практическую сметливость, наблюдательность и остроумие они об'единяют с недогадливостью, отсутствием любознательности, вялости и скуки.. Отсталые в культурном орошении они способны легко и быстро усваивать высшие достижения мировой культуры и общественности.. Минувшие десять лет, унесли много жертв, обогатили народную мысль и быт совершенно новыми понятиями и явлениями, уничтожили много пережитков прошлого и видоизменили условия жизни. Новая жизнь внедряется в деревню, создавая своеобразную картину одновременного существования лучины и электричества, сектанта - изувера и безбожника, колдовства и коммунизма, невежества и политпросвещения, безграмотности и клубов, читален и библиотек. Старое уходит, новое, вливаясь в гущу народной жизни, своеобразно претворяется и, видоизменяя жизнь, создает новый 'великорусский быт'.
 

МОРДВА

Главная масса мордвы уезда  живет в Ст.-Рачейской волости - 10247 ч. и Дворянской - 5792 ч., в остальных волостях их встречается немного: В.-Мазинской - 116, Паньшинской - 89 и Сызранской -108.  Живет мордва преимущественно крупными селениями, напр., в с. Кивати - 2700 ч., в с. Кузоватове -3850 ч., Алешкине -1270 ч., Еремкине -1250 ч. и Еделеве -4000 ч. Эти пять сел находятся почти посмежности, занимая небольшую территорию - полоску в уезде.
Мордва  была здесь с давних времен и, повидимому, не составляла цельного самостоятельного государства, а жила сначала разрозненно под управлением своих старейших, а затем под властью татар. В нашем уезде живет исключительно одна ветвь мордвы - эрзя.
По внешнему виду мордва выделяется крепким телосложением, здоровым белым цветом кожи, светлыми волосами, голубыми глазами и свежим румянцем (у женщин часто искусственным), но здоровые на вид, они, в действительности подвержены частым заболеваниям, особенно трахомой, чесоткой, что об'ясняется крайней нечистоплотностью.
Старая, довольно красивая, национальная одежда у мордвы  давно уже оставлена. Парни носят теперь простые белые холщевые порты и рубаху и узкий тканый пояс с кистями на концах. На ногах лапти и белые онучи. Сапоги надевают лишь на свадьбу и в большие праздники. Бабы носят в будни  подпоясанные длинные самотканные холщевые белые рубахи с длинными рукавами с вышитым подолом, а в праздники - разноцветные сарафаны, шелковые платки и нарядные узкие и короткие кофты.  Мордва любят здоровых и толстых. Поэтому девки румянятся, мажутся, навьючивают на себя по 7-8 юбок (иногда  даже юбки носят теплые, на вате), по 2-3 кофты, надевают на голову белый платок, поверх которого еще большой шелковый платок под булавку. В таком виде, сидят-ли, стоят-ли, они не шелохнутся. Если надо повернуться, поворачиваются всем корпусом, иначе не позволит одежда.
Мордва гостеприимны, но некультурны, отличаются некоторой скупостью. 'Сами смолу гонят, а телега скрипит - жалко смолы на подмазку'.- 'Копна гниет, а едят нелупленную картошку' и т.п. Обида помнится долго, десятками лет. Но наряду с этими отрицательными качествами, мордва отличается и большими положительными: народ рассчетливый, экономный, смеклистый, настойчивый (часто упрямый), сумеет  за себя постоять - в обиду не даст. Большие способности  - особенно к математике.  Женщина в семье неполноправна, но пользуется большим весом и влиянием на мужа. Муж во всем советуется с женой. 'Муж говорит, а жена думает'. За побои жены соседи осудят: не сумел приманить к себе жену и заставить уважать свое слово и желанье'. Отношение к детям также мягкое. 'Собаку учи дубиной, а дитя любовью'. Детям предоставляется  большая свобода и самостоятельность. Но ласки их к детям порою своеобразны. Часто баба, лаская ребенка, награждает  его, хотя и 'без сердца' нелестными эпитетами: 'у, сволочь', и т.п. Впрочем, такие переходы не представляют чего-то особенного. Только что покалякав сочувственно медово - сахарным голоском с одной бабой, эта же мордовка через полминуты глядишь уже 'лаится' здоровым переливчатым горловым криком  с другой соседкой или повстречавшейся новой женщиной. Много времени тратится на сплетни, пересуды. Умирая часто  от грязи, они тростят о божьем наказанье. Раньше мордвы были язычниками, а в Х
VIII в. насильно крещены, теперь - христиане с  массой чисто языческих пережитков: свежа вера в домовых,  боязнь ведунов (летающих колдунов), банных шишиг, водяных и леших. Но зато никто больше мордвина не знает, имен святых. И всеми он пользуется при заклинаниях. В случае засухи служат два молебна: днем с попом и иконами, а ночью - одни.  Группа баб во главе со старой  девкой идут к колодцу, на кладбище, в поле. Жгут костер. Старка что-то шепчет. Все молятся: Потом возвращаются обратно. И в этих двух молебнах сказывается следы исторического прошлого: две религии, одна оффициальная, государственная, обязательная, навязанная и другая своя - коренная.  Но своему богу можно было молиться только ночью, тайком. В день молебна о дожде во всей деревне визг и крики - каждый старается облить  другого холодной водой из ведра. - У мордвы большое почитание предков. Под каждым кустиком, чуть-ли не у каждого предмета свой дух, божок. В родительские ходят на кладбище с панихидами и с'естными припасами. Об'едаются там во всю, полагая, что вместе с ними  также плотно покушали и их покойные родители. 
Попа часто критикуют: 'зачем пьет?', 'не так ходит', 'не тут-бы ему в землю кланяться надо' и т.п . Но если кто из безбожников заденет попа, живо ощетинятся: 'он служитель божий', 'пастырь',  'его почитать надо' и пр и пр.
Мужики ходят в церковь лишь по большим праздникам, девки, чтобы показать наряды. Парни, те более равнодушны к религии, иногда подсмеиваются над попом, но все-же,  больше от скуки, 'поерзать'  на коленях в церковь ходят. Безбожников среди мордвы пока еще немного, но с каждым годом число их все растет, преимущественно из молодежи.
Свадебный обряд носит на себе явные следы  старинного умыканья. В некоторых селах и сейчас еще встречается инсценировка 'кражи невесты'. В мясоед  только и слышишь: 'Дунькань саласть', 'Марбюшь саласть' (украли). Девка с парнем уговаривается:  'я пойду за водой, а ты укради!'.
В  назначенный срок девка наряжается,  как копна  ('10 юбок, 8 кофт'). Идет, не шелохнется. Вдруг подскакивает лошадь, запряженная в розвальни, полные парнями.  Парни вскакивают, хватают девку и скачут к жениху. Девка, хоть  и рада, но кричит 'недуром', отбивается, брыкается. У жениха желанная встречается его родителями. Но если украдена против их воли, то на нее или косятся или начинают сыпать ругательства.  В дом жениха спешат ее родители, оповещенные кем  нибудь из очевидцев, и если они против брака, то начинается отчаянная ругань, и бедную девку уводят домой.  При общем-же согласии девка остается в доме жениха, и начинается пир: Перед сборами к венцу целый  ряд обрядов. Девка плачет, должна плакать, иногда и слез нет, насильно морщится, так как сама рада  радехонька, а плакать надо.  Причитает, вопит  девка о своей девичьей  воле, а подруги утешают.
Приходит жених, перед избой его встречают толпой бабы и мужики; бранят, ругают, на чем свет, невесту, выливают на нее потоки самых грязных наветов.  Тоже самое  проделывают и с невестой лично ей в глаза, когда она приходит из под венца:  Жених должен остаться твердым, должен встать на защиту невесты и заявить, что он не верит этим сплетням и не позволит никому так говорить про нее: Пир горой:  А молодые целый день должны стоять в чулане, не евши: В чулан заглядывают любопытные, промывая косточки новобрачным.  Целый год после свадьбы молодая должна обедать и ужинать, стоя за столом. Она не имеет права садиться за стол при стариках.

ЧУВАШИ


Чуваши в Сызранском у. живут в Николаевской вол. - 2392 ч., Ст.-Рачейской - 1106 ч., Троицкой -1950
 ч., Усинской - 1730 ч. и Усольской -922 ч.
Чуваши тоже, как и мордва, живут кучками, своими селами, но эти села мельче и раскинуты по уезду между русским населением. Чувашские села: Б.-Сайман - чувашский - 1030 ч., Качкарлеи - 1600 ч., Эзикеево - 1235 ч.,  Смолькино - 1000 ч., Байдеряково -1900 ч., Красное Поле -150 ч., Малячкино - 1800 ч., Карловка - 400 ч., Тайдаково -1100 ч.
Происхождение и история чуваш неопределенны. Но многие исследователи считают их потомками знаменитых волжских болгар, побежденных и рассеянных татарами.  Чуваши небольшого роста, слабого сложения, с тяжелой походкой, перевальцем. Выдающиеся скулы, узкий разрез глаз, темный цвет лица, глаз и волос. Характер у чуваш тихий, миролюбивый и трудолюбивый.  Они хорошие хозяева и семьяне, сравнительно с другими более зажиточны; розвиты мало, но тянутся более других к знаниям.
Одежда чуваш теперь мало чем отличается от русской.  Изредка лишь вынимается чувашками из сундуков старый  национальный костюм из домотканного материала, украшенного на груди, подоле и голове яркими, красивыми фигурами и металлическими привесками, монетами, бисером и блестками. Обувь для женщины обязательна, так как они считают большим грехом ходить босиком. Обувью служат коты или лапти с онучами.  Чувашский вкус требует, чтобы ноги были обернуты онучами как можно толще и напоминали собой бревна.
Чуваши числятся православными, но еще живы  у них и прежние языческие верования. Даже за последние годы встречались еще жертвоприношения богам животных. У чуваш  было два главных бога: добрый - тора и злой шайтан, вечно враждующих между собой.  У торы очень много помощников  мелких божков: бог света и тепла, бог месяца и т.д., вплоть до бога плодородия.  У шайтана  еще больше помощников - больших и малых кереметей. От них то и все зло на земле. Их надо умилостивлять жертвами. Кроме того, чуваши почитают предков: предки после смерти тоже становятся высшими существами и также требуют жертв. При крещении чуваш не позаботились о  их просвещении и о христианстве чуваши приобрели слабое представление. Микола для них бог важнее христа. Знают они, что в воскресенье праздник,  в среду и пятницу  пост и, пожалуй, только. Икону чувашанин называет  'богом угла' и представляет ее живым существом, который находится в сношениях с попом и предает ему о всех грехах чувашанина; поэтому он оборачиват ее лицом к стене, когда собирается в чем нибудь согрешить, напр., в пост поесть скоромного и т.п.
 Чуваши очень музыкальный народ.  Любят дудку, гармонь и балалайку.  Женщины - большие художницы по части вышивок одежды, утиральников и т.п.  Свадебный обряд носит в себе массу остатков старины. Упомянем, для примера, про обычай:  когда невеста едет к венцу, жених нагоняет ее за околицей и распахнув ее покрывало смотрит ей в глаза и трижды ударяет ее нагайкой в знак того, что  будет глядеть ей в глаза, т.-е. любить, но за непослушание будет бить, как господин и повелитель. В семье женщина занимает подчиненное положение. Живут чуваши тоже крайне грязно. Трахома - обычная болезнь.

                                                              ТАТАРЫ
Татары в уезде занимают два соседних больших села: Ахметлей - 4000 ч. и Б.-Сайман тат. - 4500 ч. Кроме того, около 300 ч. татар живет на Самайкинской фабрике. Сложены татары хорошо. Рост средний, широкие плечи, высокая грудь и толстая короткая шея обнаруживают силу, здоровье и крепость. Довольно широкое овальной формы лицо, слегка скуластое, прямой нос, иногда довольно большой и с горбинкой, широкий разрез выразительных глаз, изредка поставленных косо, смуглый здоровый цвет кожи и сравнительно бедная растительность на лице придают  татарам довольно приятный вид. Татарки густо мажут лицо белилами, румянами, сурьмят брови и ресницы и чернят зубы.
Мужчины носят рубахи ниже колен с широкими рукавами и широкие штаны. Поверх надевают безрукавный зилян до колен из нанки, затем халат, подпоясываемый кушаком. Бритая голова покрывается тюбетейкой. Женщины ходят в длинных, широких, часто пестрых ситцевых рубашках, шароварах, зилянах или халатах с покрывалом на голове. На голову надевают бархатные шапочки или колпачки, обычно, украшенные. В большой моде ожерелья из монет, серьги, кольца. Обувь у зажиточных - разноцветные сафьяновые сапоги, ичеги с галошами и вышитые серебром и золотом туфли.
Особенность татарского жилища в том, что печь всегда отделяется от остальной части избы занавеской, за которой, обычно, скрывается женская половина дома; у передней стены - кровати или нары для спанья с пышными перинами и многочисленными подушками за особой занавеской. Необходимой принадлежностью являются также медные кувшины и большой таз для омовений, имеющих религиозный характер. У зажиточных татар помещение содержится чисто, у бедных вообще довольно грязно. Чесотка, лишаи, парши на голове от грязных тюбетеек - обычное явление. Дома расположены иногда беспорядочно. Улицы кривые и грязные.
Татарин большой любитель поесть и попить. Самовар почти необходимая принадлежность избы. На еду татарин тратит большую часть своего бюджета. Любимое кушанье - салма: похлебка с мучными шариками, в которой варится баранина или конина.
Наши татары живут, за редким исключением, крайне бедно. Небольшое количество и притом довольно плохой земли не обеспечивает их, к тому-же у них большая безлошадность, плохая обработка почвы и крайняя раскинутость полей: Живут они, главным образом, торговлей. В Ахметлее и Саймане редкий татарин сидит дома и не торгует. Стоит скопить 2-3 рубля, как он уже пускается в торговлю. Уходят торговать далеко на сторону, не только по уезду, но и в другие губернии. Торговля идет сначала  'иголкам, булавкам, мыла', покупкой и продажей 'шурум - бурум', а затем смотришь - 'мануфактурный лавкам'. Впрочем, торгуют татары решительно всем, чем придется.
Все татары - магометане. Духовенство до последнего времени играло громадную роль в жизни татар, сильно влияя на нравы, обычаи, подчиняя религии весь строй жизни до мелочей. Татары очень набожны и раз по 5 в день по требованию религии совершают омовение. Очень важным в религиозном отношении для татар является пост - рамазан, продолжающийся целый месяц. Пост довольно оригинальный: от утренней до вечерней зари должно быть полное воздержание от пищи, питья, куренья и пр., но ночью для пищи и для удовлетворения других потребностей нет никаких ограничений. Другой татарский праздник - курбан байрам, продолжающийся 11 дней. Перед ним строгий пост, а с наступлением его об'едение.
Женщина у татар занимает крайне приниженное положение. И несмотря на усилия культработников, ввести женщину в татарских селах в круг общественной жизни еще не удалось.
В связи с религией среди татар сильно развита грамотность. Почти все взрослые татары грамотны по татарски. Но эта грамотность вся была пропитана потребностями, духом и рамками религии. Теперь получило распространение светское образование. Газеты, книги и школы на татарском языке приобщают татар к достижениям мировой культуры.

в содержание

 

Главная страница  ПутеводительАфиша | Каталоги | Краеведение  | Книга недели  | Книга гостей